Храм, коровы, «Боинг» — банки берут всё

В залоге у банка может оказаться даже церковь. Почему кредитные организации берут в залог культовые сооружения, а также коров, старые «боинги» и экзотические ценные бумаги.

Храм сдал, храм принял
Банк «Восточный» на днях сообщил, что подписал договор с Шуйско-Тейковской епархией о передаче находящейся в собственности банка части комплекса зданий Крестовоздвиженской церкви.

Банк передал два объекта недвижимости общей площадью 1 224 кв. м и два земельных участка общей площадью 1 634 кв. м (это почти половина комплекса федерального памятника). В числе передаваемого имущества — основное здание Крестовоздвиженской церкви.

«Этот храм в XIX веке считался красивейшим во Владимирской губернии. И сегодня это памятник федерального значения. Конечно, его возрождение будет сложным. Но этот храм — жемчужина Шуи. И мы приложим все усилия, чтобы восстановить его», — сказал епископ Шуйский и Тейковский Матфей.

В пресс-службе банка объяснили, что комплекс храмовых пристроек Крестовоздвиженской церкви в Шуе после революции использовался как производственная площадка, что продолжалось и после массового возвращения храмов Русской православной церкви в начале 90-х годов прошлого века. В качестве культового помещения здание бывшей церкви не использовалось.

«Комплекс построек имел несколько собственников, у одного из которых возникла задолженность по кредитам перед ПАО КБ «Восточный». Судебные приставы изыскивали возможность вернуть долги банку со стороны предприятия-банкрота посредством продажи Росимуществом по Ивановской области с публичных торгов заложенного имущества (Храмового комплекса). Однако в конечном итоге торги Росимущества были признаны несостоявшимися. В результате часть Храмового комплекса перешла в собственность ПАО КБ «Восточный», часть — осталась в залоге у банка и вошла в конкурсную массу предприятия-банкрота. 27 апреля 2018 года часть переданного Храмового комплекса поступила на баланс банка в результате проведенных мероприятий банкротства», — рассказали в пресс-службе.

В банке подчеркнули, что сразу после того, как церковь оказалась у него на балансе, начались переговоры о возвращении здания верующим. В итоге через месяц храм был передан Русской православной церкви.

А что, так можно было?
Эта история при всей ее необычности не противоречит российскому законодательству, согласно которому объекты культурного наследия могут находиться в частной собственности.

«Статьей 48 ФЗ № 73 закреплена возможность нахождения в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, муниципальной и частной собственности объектов культурного наследия независимо от категории их историко-культурного значения. Вместе с тем существенным обременением по использованию объекта культурного наследия являются охранные требования к его сохранению и содержанию. Порядок обращения взыскания на заложенное имущество также зависит от принадлежности предмета залога к памятникам истории и культуры. Если предметом ипотеки является имущество, имеющее значительную историческую ценность, — не допускается удовлетворение требований залогодержателя за счет имущества, заложенного по договору ипотеки, без обращения в суд на основании нотариально удостоверенного соглашения между залогодержателем и залогодателем, следует из статьи 55 закона «Об ипотеке», — прокомментировал юрист HEADS Consulting Клим Лихачев.

Банки берут в залог, а затем вынужденно продают самое разнообразное имущество. Так, среди выставленных на продажу залогов есть стадо крупного рогатого скота.
Свои люди — сочтемся. «Боингом»
Если обратиться к специализированным сайтам, то можно увидеть, что банки берут в залог, а затем вынужденно продают самое разнообразное имущество. Так, среди выставленных на продажу залогов есть стадо крупного рогатого скота, «Боинг» 1998 года выпуска и рыболовное судно.

Коммерческий директор Центрального агентства залогового имущества Сергей Волков рассказал, что в настоящее время реализуется объект, являющийся залогом Газпромбанка. «Это танкер «Кристал Ист» (Crystal East, Морское нефтеналивное судно-химовоз). Интерес заключается в том, что судно с июня 2017 года находится под арестом в ОАЭ. 25 апреля 2018 года многие СМИ сообщали о том, что экипаж арестованного в ОАЭ российского судна «Кристал Ист» просит о помощи сигналом SOS в связи с необходимостью госпитализации больных моряков. Как сообщил конкурсный управляющий имуществом фирмы-банкрота (ООО «Находка-Портбункер»), компания не может сменить экипаж из-за банкротства компании. Вернуть экипаж в Россию возможно только после того, как ему на смену прибудет новый. Очевидно, что в сложившихся обстоятельствах сложно найти людей, готовых отправиться на замену на судно. Поэтому компания пыталась решить проблемы экипажа: моряков осматривал врач; на судно была доставлена еда, вода, дизель-генератор (для запуска кондиционера). Все это сделано в счет будущих платежей с продажи судна. Но когда продадут судно — неизвестно. Нам не поступило ни одной реальной заявки на покупку данного танкера. Все запросы имели информационный характер и содержали просьбу описать текущую ситуацию, состояние и дальнейшую судьбу судна», — сообщил Волков.

До 12 июля 2018 года любой желающий может приобрести плавучий актив всего за 186,4 млн рублей.

Волков рассказал, что агентству также приходилось продавать оригинальные рисунки русского живописца Василия Сурикова и самолет Boeing 737-524, принадлежащий обанкротившейся компании «Трансаэро».

По словам начальника аналитического департамента «А1» Сергея Свиридова, залоги можно разделить на рыночные и нерыночные. Так как часть российских банков выдает кредиты аффилированным с собственником бизнес-структурам и руководствуется при этом нерыночными принципами.

«Естественно, чтобы снизить нормы резервирования ЦБ для обеспечения кредитов «своим», также используются залоги, но и оценка, и качество этих залогов крайне низкие. Здесь обильно встречаются всевозможные экзотические залоги в виде нерыночных ценных бумаг, векселей малоизвестных или вообще неизвестных компаний, прав требований к офшорным компаниям, различных объектов недвижимости в отдаленных регионах РФ, экзотических (некотируемых) товаров на складе, неликвидного промышленного оборудования, лицензий на месторождения, торговых марок, сайтов и прочего. Именно с такими залогами возникают огромные проблемы в ходе истребования, особенно в ходе процедур оздоровления / конкурсного производства. Единственный способ продажи в этих условиях — снижение цены. Поэтому электронные площадки, занимающиеся реализацией залогов, переполнены этими неликвидами», — говорит Свиридов. «Мы анализировали среднюю цену заключенных сделок по продаже неликвидных залогов, то есть тех, что дошли до этапа публичного предложения. В среднем это 1—5% от залоговой цены», — отмечает эксперт.

«Напротив, выдавая кредиты по рыночным ценам, банки очень строго подходят к формированию залоговой массы. А после кризиса 2008 года оценку залога банки формируют на достаточно консервативном уровне. Если до 2008 года рыночная залоговая стоимость обеспечения составляла 70—80% от суммы кредита, то сейчас — 50—60%», — указал Свиридов.

Самые оперативные новости экономики на нашем Telegram канале

Читайте также