![](https://www.cbskiev.ru/wp-content/uploads/2015/03/1195.jpg)
Санкции еще не сняты, нефть по-прежнему дешевая, а выполнение антикризисного плана лишь в середине своего пути. Однако даже западные экономисты вынуждены констатировать уже сейчас улучшения в российской экономике. Резкое замедление недельной инфляции до 0,2% с шокового 1% – самый яркий пример, но он далеко не единственный.
Динамика последних недель показывает, что инфляция в России начала быстро стабилизироваться, заявила первый зампред ЦБ Ксения Юдаева. С последней недели февраля темпы прироста инфляции составляют всего 0,2% против 0,6% ранее. До этого недельная инфляция доходила и до шокового однопроцентного уровня. На сегодня в годовом выражении инфляция находится на уровне 16,7%, однако к концу этого года и в ЦБ, и в МЭР ждут ее снижения до 12–12,4%.
По оценкам Минэкономразвития, в первом полугодии динамика цен «достигнет некоего плато» на уровне порядка 17% в годовом исчислении, которое сохранится на протяжении нескольких месяцев. После этого ожидается резкое снижение инфляции. В конце года инфляция может составить 12–12,4%, а в первом квартале 2016 года замедлится до однозначного уровня, заявил замглавы Минэкономразвития Алексей Ведев. По его словам, сейчас вклад девальвации и санкций в годовую инфляцию на уровне 16,7% составляет 10–11%.
Некоторые экономисты опасаются, что решение использовать 3 трлн рублей из Резервного фонда для прямого финансирования бюджета в 2015 году приведет к инфляционному витку. Однако Ксения Юдаева уверила, что этого не произойдет, потому что Банк России использует необходимые инструменты для стерилизации денежной эмиссии. И хотя снижение цен на нефть может носить длительный характер, как говорит Юдаева, курс рубля также показывает стабилизацию.
Рубль больше почти не реагирует на цены на нефть, снижение которых в конце прошлого года привело к резкой девальвации российской валюты. Это говорит о нахождении новой точки равновесия курса рубля, заявил министр финансов Антон Силуанов в программе «Вести в субботу». Он отметил, что рубль не снижается даже из-за февральского пика по платежам перед иностранными кредиторами.
Силуанов также выразил уверенность, что в ближайшее время серьезных изменений курса не произойдет. «Даже если цены на нефть будут несколько отклоняться от нынешних показателей, то курс рубля не будет так реагировать, так же, как это было в конце прошлого года или начале текущего», – уверен он. Министр согласился с оценкой главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, что рубль сейчас недооценен на 10%.
В понедельник российская валюта даже укрепилась на Московской бирже: доллар упал ниже 59 рублей, до минимума с 5 января, курс евро опустился на 2 копейки – до 64,11 рубля. И это на фоне снижения цен на нефть: в понедельник в ходе торгов на бирже ICE в Лондоне майский фьючерсный контракт на нефть марки Brent подешевел на 0,92%, до отметки 54,81 доллара.
Рубль поддерживает налоговый период, тогда как на курс доллара давят замедления экономического роста США и действия ФРС США, которая на прошлой неделе понизила ориентир по базовой процентной ставке в 2015 году до 0,625% с 1,125% по декабрьскому прогнозу. После снижения ниже 59 рублей курс доллара может спуститься к отметке 57,5 рубля, не исключает Иван Копейкин из «БКС Экспресс». На евро оказывает давление заработавшая программа стимулирования от ЕЦБ, что в итоге повышает спрос на российский рубль.
Даже на Западе заметили положительные изменения в экономике России. Bloomberg, опросившее западных аналитиков, вынуждено признать, что Россия оправляется, несмотря на санкции. По словам аналитиков агентства, рубль стабилизируется, и в 2015 году колебания его стоимости стали ниже, чем у любой из списка 30 самых торгующихся валют.
Доходность держателей облигаций российских компаний тоже растет: в 2015 году она составила 7,3%, а входящие в ММВБ компании из России показали более успешный рост, чем их конкуренты из других стран, пишет агентство.
Еще один важный признак улучшений: структура российской экономики начала наконец меняться. «Сырьевая модель себя исчерпала, это стало очевидно всем, в результате российский бизнес стал больше ориентироваться на сегменты бизнеса с высокой добавленной стоимостью. Уже в текущем году, по моим оценкам, объем ТЭК в структуре экспорта снизится до 63–65%, тогда как еще в 2013 году эта цифра была свыше 75%», – говорит независимый финансовый аналитик Нарек Авакян.
Такой позитив наметился еще до того, как были выполнены все 60 пунктов антикризисного плана (на который потратят в целом 234 млрд рублей). На 10 марта полностью реализовано 16 пунктов, еще 25 пунктов выполнены частично, пять – не исполнены, и срок выполнения еще трех пунктов пока не наступил, заявила глава Счетной палаты Татьяна Голикова. То есть потенциал поддержки еще не исчерпан.
Все эти изменения позволяют говорить о том, что Россия, возможно, прошла пик кризиса и начинает постепенный выход из него. Bloomberg заключает: российская экономика восстанавливается. Сокращение ВВП России в этом году может оказаться меньше запланированных 3%, ждет Ведев из МЭР.
«Это связано со снижением ажиотажа вокруг падающей цены на нефть. Рубль адаптировался к новым условиям и нашел свое временное равновесное положение, хотя он мог бы еще немного укрепиться», – говорит газете ВЗГЛЯД первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский.
«Сегодня, когда прошли долгие месяцы после введения западных санкций, прошла и волна страха, что экономика России непоправимо пострадает от них. Оказалось, что наша страна живет своей жизнью и санкции не оказывают на нее такого разрушительного влияния. Россия перестраивается, после того как неоднократно продемонстрировала свою твердую позицию в отношении Запада», – замечает он.
Первые вестники стабилизации могут говорить о том, что российская экономика начинает обратный ход намного раньше, чем рассчитывали. Появился шанс начать расти уже в 2016 году.
Если к концу 2015 года инфляция замедлится до 11–12%, то в 2016 году она может и вовсе оказаться ниже 6%, отмечает Нарек Авакян. «В этом случае у ЦБ появится возможность смягчить денежно-кредитную политику, в частности снизить ключевую ставку до 5–5,5%, ставку рефинансирования – до 5–6%, а уровень монетизации экономики поднять с нынешних 45% до 65–70% в течение двух–трех лет», – прогнозирует Авакян.
Уровень монетизации экономики дает представление о степени обеспеченности экономики деньгами (это и наличные деньги, и безналичные, и вклады и т. п.). То есть речь идет о том, что в экономике появится куда больше денег, чем сейчас. «Это позволит уже в 2016 году выйти на положительные темпы роста ВВП, пока небольшие – в пределах 1%. Но уже в 2017 году нарастить темпы роста до 5–6%, и такая динамика сохранится вплоть до 2020 года», – прогнозирует Авакян.
Однако важно понимать, что это только первые позитивные сигналы. Если они подтвердятся в течение ближайших двух–трех кварталов, то такой позитивный сценарий не исключен, поясняет экономист.
Сейчас в любом случае еще рано расслабляться. Потому что даже позитивный сценарий совершенно не означает, что уже завтра заводы начнут возвращать уволенных сотрудников, зарплаты начнут расти, как в 2000-х, а цены поползут вниз.
Ситуация в промышленности пока двоякая. С одной стороны, ряд предприятий останавливается из-за санкций и общей нестабильности, но с другой – продолжается введение новых производств, строительство новых объектов, поворот к отечественному производителю, поддерживаемый властью. Полная перестройка отечественной экономики может занять не один год. Но чем раньше начнутся положительные сдвиги, тем выше шансы выйти в плюс уже в 2016 году.
Возможны еще и внешние сюрпризы, которые могут спутать все карты. Если санкции еще больше ужесточат – вплоть до отключения от всех западных финансовых систем и структур, включая SWIFT, а цены на нефть будут ниже 50 долларов за баррель, то рост экономики можно ожидать только в 2017 году в пределах 3%, дает и менее оптимистичный прогноз Авакян.
«Не стоит полагаться на то, что кризис пройден. Нужно усиливать работу по поддержке отечественного производителя, снижать уровень ставок, привлекать инвестиции и повышать уровень защиты бизнеса, в том числе за счет госгарантий. Нужно развивать реальный сектор экономики», – заключает Андриевский.
Иллюстрация к статье: